Другое дело, что и у Лубянки сегодня было туговато с реальными успехами. Поводов для головокружений определенно не было, и даже не ожидалось. Лично меня генерал Голубев, мой непосредственный шеф, нагрузил убийством на улице А. Толстого отнюдь не потому, что я ничем не был занят и бил баклуши в своем рабочем кабинете. Наоборот: дел было выше крыши, одно другого неприятней. Должно быть, Голубев полагал, будто я просто обожаю заниматься чем-то подобным. По крайней мере, никаких других причин, по которым мой любимый шеф дополнительно повесил на меня аварию «Казимира Малевича», секту Лабриолы и парнишек из охранной артели «Мертвая голова», – я не знал. Наверное, во мне и вправду есть что-то такое, покорно-мазохистское: чем больше наваливают поручений, тем осмысленней кажется жизнь. Про кого, думаете, сказано: «Работа дураков любит»? Правильно, угадали.

«Малевич», прогулочный двухпалубный теплоходик, некогда носивший гордое имя «Энвера Ходжи», а затем долгое время прозябавший под скучным прозвищем «Первомай», скандально потерпел крушение и затонул прошлой осенью близ волжского города Углич Ярославской области – города, известного народу вовсе не благодаря заводу часовых камней, лесопилке, гидроэлектростанции и Опытному Ордена Дружбы народов сыроваренному комбинату (в ассортименте – сыр бри, сыр камамбер, сыр рокфор и ностальгический сыр степной), но, прежде всего, как место, где зарезали царевича Димитрия. Покойный царевич исправно кормил здешних экскурсоводов уже лет сто, однако в последние два-три года поток экскурсантов заметно иссяк. Очевидно, на фоне многочисленных преступных разборок между авторитетами какой-то одинокий пацан – пусть и царского рода, и вдобавок убитый по наводке из Кремля – перестал представлять особый интерес. Отдельно взятый кровавый мальчик в глазах царя Бориса Годунова в глазах редкой скучающей публики из числа новых русских был заурядным криминальным эпизодом из далекого прошлого.